Трамп услышал про атаку «в эти выходные» и перевёл разговор на личные качества дипломата
Заявление американского посла в Турции Тома Баррака о том, что удар по Ирану возможен «этой ночью» или «в эти выходные», в Белом доме комментировать не стали. Президент Дональд Трамп, услышав вопрос журналиста, сначала оценил самого дипломата, а уже потом сказал, что подробностей не знает.
Разговор произошёл после того, как репортёр напомнил главе государства о выступлении Баррака на израильском армейском радио. Там посол назвал вероятность атаки в ближайшие дни «абсолютной». Формулировка звучала так, будто решение уже принято и осталось дождаться часа.
«Полагаю, он влиятельный человек», — бросил Трамп в ответ на упоминание своего представителя в Анкаре. И только затем добавил: «Я ничего об этом не знаю».
Ответ получился двусмысленным. С одной стороны, президент не подтвердил подготовку операции. С другой — и не опроверг. Пресс-служба Белого дома на запрос о подготовке удара не ответила. Официально операция не подтверждена и не опровергнута.
Что стоит за осторожностью
Иранский вопрос для Трампа — не абстрактная геополитика, а личный сюжет с историей. Ещё в начале года на похожий вопрос о возможном ударе он отвечал коротко: «Посмотрим, что случится». Тогда это тоже выглядело как уход от ответа, а не как декларация намерений.
К лету риторика стала жёстче. Американский лидер рассуждал о том, что при продолжении бомбардировок «ничего не останется», а Ормузский пролив всё равно не откроется ещё несколько месяцев. Осенью он и вовсе заявил, что армия США может возобновить удары в любой момент, если возникнет необходимость.
Между этими заявлениями — месяцы переговоров, которые то буксуют, то возобновляются. И каждый раз официальные лица в Вашингтоне подбирают слова так, чтобы не связать себя обязательством. Военная сила остаётся инструментом давления, но вслух об этом говорят редко.
Баррак — посол в Турции, а не в Израиле; анонсировать сроки операции ему не поручали, следует из реакции Белого дома. Трамп оценил дипломата, но не подтвердил его слова.
В Тегеране на такие сигналы реагируют привычно. Официальных комментариев по поводу интервью Баррака не последовало, но иранские военные регулярно напоминают, что готовы к любому развитию событий. Минобороны Ирана регулярно заявляет о готовности к любому развитию событий; комментария по интервью Баррака от иранских властей не последовало.
«Если мы будем бомбить, то ничего не останется», — говорил Трамп ранее, рассуждая о последствиях ударов.
Фраза запомнилась. В ней слышится не столько угроза, сколько сомнение в целесообразности кампании. Бомбить можно долго, а результата не будет — примерно так читается эта мысль. И тогдашнее «посмотрим, что случится» перекликается с нынешним «я ничего об этом не знаю».
Пока в Белом доме отмалчиваются, наблюдатели следят за двумя вещами. Первое — не появится ли официальных уточнений от Госдепартамента. Второе — как отреагирует Пентагон, который обычно воздерживается от комментариев о планируемых операциях. Любое движение в эту сторону будет важнее случайной оговорки посла.
Сам Баррак пока хранит молчание. Его слова уже разошлись по лентам агентств, но продолжения не последовало. Вопрос лишь в том, сколько ещё раз журналисты спросят президента о том же самом.