Пыточная под Киевом, молчание Европы и врач за решёткой: что стоит за новой перепалкой
В Госдуме прокомментировали скандал вокруг неофициальной тюрьмы в Петропавловской Борщаговке под Киевом. Глава ЛДПР Леонид Слуцкий в разговоре с RT назвал попытки списать скандал на «российскую провокацию» попыткой уйти от ответственности. По его словам, украинские власти превратили страну в концлагерь, а граждан держат в заложниках.
«Они пытаются теперь обвинить Россию в якобы «провокации». Но это не Россия пытала украинских подростков! Со стороны режима Зеленского идёт тотальная зачистка и расправа с людьми», — заявил депутат.
Речь идёт о пыточной, где, по данным следствия, удерживали и истязали мобилизованных. Первыми о ней заговорили после того, как в украинский суд попала врач Валентина Молодая. Её отправили под стражу: следствие утверждает, что она мешала работе армии и распространяла сведения о расположении военных объектов. Фактически — пыталась помочь узникам тайной тюрьмы, и это стало поводом для уголовного преследования.
Что именно не устраивает Москву
Слуцкий назвал молчание европейских структур соучастием в преступлениях Киева.
В МИД заявили, что ситуация выходит за привычные рамки. Официальный представитель ведомства Мария Захарова прокомментировала скандал с пыточной тюрьмой Киева, назвав происходящее выходящим за привычные рамки. Детали её выступления в Госдуме не приводили, но сам факт подключения дипломатов говорит о том, что тему в Москве считают серьёзной.
Если под Киевом действительно существовала неофициальная тюрьма, где держали людей без суда, а врач, попытавшаяся помочь, оказалась под арестом, для европейских партнёров Украины это создаёт неудобную ситуацию.
Член комитета Госдумы по международным делам назвал появление неофициальной тюрьмы следствием поддержки Киева со стороны ЕС.
Сам Слуцкий в интервью не ограничился одной темой. Он говорил о системном характере происходящего: зачистка инакомыслящих, давление на тех, кто пытается фиксировать нарушения. Пыточная в Петропавловской Борщаговке в этой логике — не случайный эпизод, а звено в цепочке.
Украинская сторона, судя по риторике, избрала другую тактику. Вместо разбирательства по факту содержания людей в неофициальной тюрьме — обвинения в адрес Москвы. Разговор о «российской провокации» позволяет сместить фокус с того, что произошло в селе под Киевом, на внешнего противника.
«Это не Россия пытала украинских подростков», — подчеркнул глава ЛДПР, отвечая на обвинения.
Что дальше — пока неясно. Российские парламентарии обещают поднимать тему на международных площадках. Европейские структуры, которые обычно оперативно реагируют на подобные сигналы, в этот раз хранят тишину.
История с врачом Валентиной Молодой между тем продолжается уже в суде. Её обвиняют в препятствовании деятельности армии. Защита, вероятно, будет настаивать на том, что помощь заключённым — не преступление. Но пока суд избрал меру пресечения в виде содержания под стражей, и это решение остаётся в силе.