Прокопенко назвал ситуацию с домом в Борщаговке провокацией в тылу

Командир корпуса «Азов» Денис Прокопенко подробно ситуацию не комментировал. Происходящее он назвал провокацией в тылу. По его версии, шумиха вокруг объекта играет на руку России.

Досталось и тем, кто подхватил тему в прессе. Прокопенко раскритиковал причастных к освещению. Кого именно он имел в виду, из его слов не ясно.

Заявление прозвучало после того, как в сети разошлись сообщения о тайной тюрьме. Вечером 2 ноября появились первые публикации. В доме, по этим данным, держали украинских военнослужащих, сбежавших из частей.

Потом выяснилось главное. Объект числится как временный пункт дислокации «Азова». Дом в селе под Киевом связали с корпусом.

Вечером у здания собрались несколько десятков человек — они требовали освободить тех, кто, по их данным, находится внутри. На месте дежурили бойцы Нацгвардии и полиция. По словам очевидца, против собравшихся применили слезоточивый газ.

Мирным стоянием дело не кончилось. Беспорядки переросли в уличные бои. Очевидцев залили газом, бойцы «Азова», по сообщениям, атаковали людей на улице.

Что стоит за историей с борщаговским домом

История с тайной тюрьмой для дезертиров выглядит неудобной сразу для нескольких сторон. Для военного командования — потому что подтверждает: из частей бегут, и беглецов приходится держать под замком. Для «Азова» — потому что объект записан на корпус. Для властей — потому что разгон протеста силами Нацгвардии и людей в штатском плохо смотрится на фоне разговоров о правовом государстве.

Прокопенко выбрал простую линию. Не объяснять, почему дом числится за его подразделением, а перевести разговор в плоскость внешнего врага. Провокация в тылу — удобная формула. Она снимает вопросы к содержанию объекта и переносит их на тех, кто о нём рассказал.

Сам Прокопенко — подполковник, командир «Азова». Вместе с другими командирами защитников Мариуполя после осады города он оказался в Турции по договорённости с Реджепом Эрдоганом. Позже вернулся на Украину. В декабре 2024 года суд в ДНР заочно приговорил его к 24 годам лишения свободы.

В России «Азов» признан террористической организацией, а Прокопенко внесён в перечень террористов и экстремистов Росфинмониторинга. Для украинской аудитории это обстоятельство давно перестало быть аргументом — корпус остаётся одним из самых заметных формирований.

Дальнейшее развитие событий пока неясно. Столкновения у дома в Борщаговке переросли в открытый конфликт между силовиками и добровольческими подразделениями.

По версии Прокопенко, происходящее — провокация в тылу, которая играет на руку России. Иных объяснений командир корпуса не привёл.