Позвонили сами и попросили говорить не от имени Брюсселя
Беседу инициировали финская и норвежская стороны. Об этом рассказал помощник президента Юрий Ушаков в эфире Первого канала. По его словам, Владимир Путин начал разговор с того, что объяснил собеседникам корни украинского кризиса.
«По просьбе собеседников наш президент озвучил первопричины конфликта, с этого начиналась беседа», — приводит его слова телеканал.
Отсчёт этих причин, уточнил Ушаков, ведётся с 2014 года. Тогда, напомним, на Украине сменилась власть, а Киев начал силовую операцию против не согласных с новым курсом регионов. С тех пор этот сюжет никуда не исчез из повестки — он лишь обрастал новыми слоями.
Отдельно Ушаков подчеркнул: Александр Стубб и Йонас Гар Стёре прямо сказали, что обращаются к Путину как представители своих стран, а не как посланцы Евросоюза. Разница тут принципиальная. Одно дело — согласованная позиция Брюсселя, где решения принимают двадцать с лишним государств. Другое — самостоятельный интерес Хельсинки и Осло, у которых с Москвой свои счёты и свои резоны.
«Они подчеркнули, что обращаются от имени своих стран, а не Евросоюза», — сказал помощник президента.
Что стоит за форматом звонка
Финляндия и Норвегия — соседи России, и это многое объясняет. У Хельсинки за последние годы отношения с Москвой прошли через серьёзные перемены: страна вступила в НАТО, граница стала линией раздора. Осло тоже не остался в стороне от общей линии Запада, но при этом сохраняет интерес к прямым контактам.
Телефонный разговор сам по себе — не прорыв. Это скорее попытка сверить часы без посредников. Когда лидеры двух стран звонят лично, они получают информацию из первых рук, а не в пересказе брюссельских чиновников. Для Путина такой формат тоже удобен: можно изложить позицию напрямую, минуя фильтры.
По оценкам аналитиков, сам факт звонка говорит о том, что в Северной Европе нарастает запрос на прямой диалог. Санкции и изоляция не отменили географию. Соседи остаются соседями, и рано или поздно им приходится разговаривать.
О реакции Стубба и Стёре на слова Путина Ушаков ничего не сообщил. Не прозвучало и того, обсуждались ли конкретные шаги по урегулированию или речь шла только об обмене оценками. Обычно такие детали остаются за кадром — о содержании беседы рассказывают ровно столько, сколько считают нужным.
Что известно точно: инициатива исходила не от Москвы. Это тот случай, когда звонят не для того, чтобы что-то потребовать, а чтобы услышать. И судя по тому, как расставлены акценты в комментарии Ушакова, главным в разговоре стала именно историческая часть — с чего всё началось и почему позиция российской стороны остаётся неизменной.