Санкции в один день с призывом к переговорам: японский парадокс, который в Москве читают по-своему
Сначала Токио включил в стоп-листы еще три десятка с лишним компаний и девять физических лиц. Плюс четыре фирмы из Турции и Объединенных Арабских Эмиратов. Потом японский премьер Санаэ Такаити вышла к журналистам и заговорила о мирном договоре с Россией. И о «решении территориального вопроса» — тем же курсом, что и раньше.
А за день до этого японские правоохранители передали Германии гражданина России. Двадцативосьмилетнего мужчину задержали в Осаке в мае. В Токио утверждают, что он причастен к международной группе Qilin, которую подозревают в кибермошенничестве. Расследование ведут власти ФРГ.
Получается, санкции, выдача россиянина и призыв садиться за стол переговоров — все в одну неделю. Востоковед Олег Казаков из Центра японских исследований ИКСА РАН объясняет это просто: у Токио своя логика, и она не противоречит сама себе.
В Кремле, судя по риторике, допускают сдвиги в политической плоскости двусторонних отношений, которые после начала СВО оказались свёрнуты
Речь о заявлении Владимира Путина. Президент назвал отношения с Японией добрососедскими и выразил надежду на улучшение. Упомянул экономику, экологию, совместные научные исследования. Оговорился и о другом: планы милитаризации Японии в Москве беспокоят. Как и военно-политические блоки, которые создаются в Азиатско-Тихоокеанском регионе.
Что стоит за японским курсом
Казаков не ждет разворота. По его словам, Токио продолжит поддерживать рестрикции — приоритеты в сфере безопасности перевешивают. Это, по мнению эксперта, формирует консенсус в «Большой семерке» и помогает Японии находить единомышленников в НАТО и Евросоюзе. Строится новая система безопасности страны, и Россия в этой схеме — не партнер.
С мирным договором история отдельная. Японская сторона озвучивает свою позицию регулярно, десятилетиями. Для Токио это стратегическая цель, рассчитанная на будущее, а не задача на сегодня. Так что призыв Такаити — скорее подтверждение старой линии, чем новый сигнал.
При этом полностью отношения не оборвались. Контакты идут по бизнесу и по гуманитарной линии. Япония заинтересована в энергетических проектах, в рыболовстве, в вопросах, где интересы объективно совпадают. Замглавы МИД Андрей Руденко в сентябре говорил о другом: Россия хочет перезапустить прямые рейсы с Японией и Южной Кореей. Авиакомпании ведут технические консультации. «Разговор непростой идет, сложный. Потому что, конечно, все, что произошло, — это не наша инициатива», — сказал дипломат.
В МИД уже отреагировали на очередной пакет. Мария Захарова, официальный представитель МИД, заявила: Токио получит соразмерный ответ на недружественные шаги.
Сам Казаков видит развилку. Либо Москва и Токио переходят к позитивной дипломатии и реализуют взаимные проекты, либо эскалация продолжит разрушать то, что пока работает. Второй сценарий, по его оценке, ударит по обеим странам.
Либо Москва и Токио перейдут к позитивной дипломатии и станут реализовывать взаимовыгодные проекты, либо эскалация продолжит разрушать то, что пока работает. Последний вариант, очевидно, приведет к негативным последствиям для обеих стран
Пока Токио действует по первому кругу: новые списки, новые задержания, старые слова о договоре. В Москве это читают как продолжение линии, а не как приглашение к развороту. Ответ, судя по заявлению МИД, будет зеркальным.