Зерно просело, птица следом: что стоит за осторожным прогнозом аналитиков
Минус 0,6 процента. Именно на столько, по расчетам Института исследований и экспертизы ВЭБ, сократится суммарный выпуск сельхозпродукции по итогам года — если сравнивать с уровнем 2025-го. 0,6 процента — величина, которая на первый взгляд кажется незначительной. Но за ней — сразу два тревожных сигнала, и оба касаются вещей, которые лежат на полке в любом магазине.
Первый — зерно. Второй — мясо. Причем если по зерну все было более или менее предсказуемо еще весной, то птица и крупный рогатый скот начали проседать позже и тише.
Как пояснила Лидия Илюшина, возглавляющая направление «Аграрная экономика» в институте, динамику тянут вниз именно эти два сектора. Сборы зерновых и зернобобовых, по ожиданиям аналитиков, потеряют 4,2 миллиона тонн. Было 141,2 миллиона, станет 137. Производство мяса птицы и скота сожмется на 100 тысяч тонн — с 16,9 до 16,8 миллиона.
Сто тонн на фоне миллионов — капля. Но аналитики обращают внимание на тенденцию, а не на абсолютные значения. Когда одновременно буксуют растениеводство и животноводство, это уже не разовая просадка, а структурная история.
Почему цифры сходятся не у всех
К середине сентября, по данным главы Минсельхоза Оксаны Лут, аграрии намолотили 120 миллионов тонн зерна. Больше 90 миллионов из них — пшеница. Вроде бы прилично. Но итоговый прогноз по году все равно ниже прошлогоднего, и отдельного пояснения требует ситуация с площадями.
Дело не только в погоде. Глава Института конъюнктуры аграрного рынка Дмитрий Рылько еще в августе указывал: площади под зерновые сократили сами хозяйства. Осознанно. Экономика прошлого сезона — низкие цены, дорогая логистика, экспортные ограничения — сделала свое дело. Аграрии просто убрали часть полей из оборота, потому что считать деньги они умеют лучше многих.
Показательна ситуация с экспортом. Параллельно с урожайностью участники рынка оценивают экспортные возможности.
«При длительном нарушении отгрузок предложение агропродукции на внутреннем рынке может оказаться ограниченным».
Это уже предупреждение Центробанка — и оно касается не урожая, а вывоза. Азово-Черноморский бассейн, через который уходит львиная доля российского зерна на экспорт, работает с перебоями из-за ударов по судам и портовой инфраструктуре. По оценке Института конъюнктуры аграрного рынка, экспорт пшеницы за июль — сентябрь может стать минимальным за последние шестнадцать лет. В сентябре за границу, согласно прогнозу Минсельхоза, уйдет всего 1,8–2,3 миллиона тонн — падение к прошлому году от 52 до 62 процентов.
Логика простая. Не можешь вывезти — остается внутри. Вроде бы плюс для внутреннего рынка: предложение растет, цены сдерживаются. Но работает это только до определенного момента. Если экспортные каналы заблокированы долго, аграрии теряют выручку, сокращают посевы на следующий год — и вот тогда дефицит приходит с другой стороны. Именно об этом и предупредил регулятор.
Что будет через три-шесть месяцев? Первое — цены на мясо птицы могут пойти вверх раньше, чем на зерно. Цикл производства короткий, а себестоимость растет вместе с кормами и логистикой. Второе — экспортные контракты на следующий сезон будут заключаться осторожнее, и часть традиционных покупателей российского зерна начнет искать альтернативы. Третье — переработчики, от мукомолов до комбикормовых заводов, уже сейчас закладывают в планы более скромные объемы сырья.
Прогноз ВЭБ — не катастрофа. Это скорее аккуратное предупреждение. Но если сложить сокращение площадей, падение сборов, проблемы с вывозом и просадку животноводства, совокупность факторов дает отрицательную динамику. Каждый из факторов по отдельности терпим. Вместе они складываются в минус, который потребитель заметит не по сводкам Росстата, а по ценникам.
Впрочем, окончательные цифры по году появятся только зимой. И многое зависит от того, насколько быстро удастся разгрузить порты и вернуть нормальный ритм отгрузок.