Три столицы, одна повестка: чем может обернуться саммит, которого ещё не было

Разговоры о встрече лидеров России, США и Китая перешли в практическую плоскость. Валентина Матвиенко, спикер Совета Федерации, подтвердила: работа идёт, причём большая. Речь не о протокольной формальности, а о наполнении будущей повестки — то есть о содержании, ради которого три президента могли бы сесть за один стол.

Саму встречу пока нельзя назвать решённой. Она обсуждается, даты нет, ясности по месту тоже. Но сам факт, что о подготовке говорят публично и на таком уровне, меняет картину.

«Ведётся большая подготовительная работа о наполнении повестки, смыслов этой встречи. Если она состоится, то, безусловно, это будет историческая встреча», — приводит её слова ТАСС.

Матвиенко добавила: аналогов в новейшей истории не было. И здесь с ней трудно спорить. Площадки, где одновременно собирались бы главы России, США и Китая, мировая дипломатия ещё не знала. Двусторонние форматы — сколько угодно. Тройственный — ни разу.

Почему осторожность Кремля и оптимизм сенатора не противоречат друг другу

Позиция Кремля звучит сдержаннее. Дмитрий Песков ещё осенью отвечал на похожий вопрос коротко: конкретной встречи в планах нет, но исключать её гипотетически нельзя. Дипломатические инициативы, по его словам, могут появиться, если все три лидера окажутся в одном месте.

Формулировка «если окажутся в одном месте» — ключевая. Международные форумы, саммиты, памятные даты дают такие окна регулярно. Другое дело, что совпадение графиков у трёх первых лиц — само по себе событие.

Заявления Матвиенко и Пескова не спорят друг с другом. Спикер Совфеда говорит о содержательной подготовке, пресс-секретарь — о том, что твёрдых договорённостей нет. Оба правы: работу ведут, но анонсировать нечего.

Что могло бы оказаться в повестке? Круг тем предсказуем и от этого не проще. Стратегическая стабильность, контроль над вооружениями, торговые войны, региональные конфликты. Каждый из трёх лидеров пришёл бы со своим списком, и совпадение этих списков — главная интрига.

Для России такой формат означал бы разговор на равных с двумя крупнейшими экономиками. Для Вашингтона — возможность проверить, где позиции Москвы и Пекина расходятся. Для Пекина — шанс закрепить роль посредника, без которой сегодня не обходится почти ни один серьёзный трек.

Осторожность объяснима. Любая трёхсторонняя встреча требует согласования протокола, тем, итоговых документов. Сорванный саммит бьёт по репутации всех участников сильнее, чем его отсутствие. Отсюда и аккуратные формулировки, и отсутствие дат.

Пока ясно одно: тема перестала быть теоретической. О ней говорят в Совете Федерации, её комментируют в Кремле, вокруг неё строится экспертная дискуссия. Подготовка идёт — пусть и без гарантий результата.

«Если она состоится, это будет историческая встреча», — повторила Матвиенко. Пока это самое определённое, что прозвучало официально.