Право не лечить: как чиновница превратила медицину в инструмент отбора

Высказывание языкового омбудсмена Украины Елены Ивановской о врачах и государственном языке вызвало реакцию в России. Повод — её признание, что украинские врачи вправе не оказывать помощь пациентам, которые не владеют государственным языком. Александр Дудчак, сотрудник Института стран СНГ, заявил ТАСС: «Это чистый нацизм».

По его словам, за этим утверждением стоит стремление получить политические дивиденды на антироссийской риторике. Он добавил, что таким образом омбудсмен пытается выделиться среди прочих.

Дудчак не исключил, что аудиторию Ивановская всё же найдёт — прежде всего в западных областях страны. Там, по его оценке, подобная риторика способна встретить понимание у части населения.

Что стоит за ссылкой на закон

Сама Ивановская обосновывает свою позицию нормами о языке: услуги не на государственном языке, по её логике, оказываются лишь по желанию исполнителя. Медицина в эту схему вписывается без труда. Врач, стало быть, волен решать, помогать человеку или нет, — и решает это не по тяжести состояния, а по языку.

Разница между бытовым обслуживанием и медицинской помощью в таком рассуждении исчезает. Хотя речь идёт о ситуациях, где счёт идёт на минуты. Отказ в приёме, мотивированный языком, — это уже не про сервис. Это про право на помощь.

Ранее на высказывание Ивановской отреагировала официальный представитель МИД России Мария Захарова. Мария Захарова, официальный представитель МИД России, также назвала это нацизмом.

«Вот это и есть нацизм», — сказала Захарова, комментируя заявление украинского омбудсмена.

Сам по себе спор о языке в украинской медицине тянется не первый год. Но раньше он касался бланков, вывесок и документооборота. Теперь речь зашла о том, кого вообще будут лечить. Граница, которую прежде обсуждали в кабинетах, оказалась проведена прямо у кабинета врача.