Братислава ищет канал связи там, где остальные видят только красную линию

Вице-спикер Национального совета Словакии Тибор Гашпар выступил за возобновление обмена военными атташе между Братиславой и Москвой. По его мнению, такой шаг даст сторонам прямой канал коммуникации в сфере безопасности. Об этом парламентарий рассказал журналистам.

Сама по себе новость выглядит скромно: речь не о снятии санкций и не о восстановлении полноценных дипломатических отношений. Но в нынешней обстановке даже возвращение военных атташе — заметный сигнал. Это первый за долгое время практический шаг со стороны страны Евросоюза в сторону военного ведомства России.

Гашпар объяснил логику просто. Дипломатические контакты нужно сохранять, даже когда между государствами серьёзные разногласия. «Прямые каналы коммуникации могут способствовать снижению риска недопонимания, обмену информацией и предотвращению ненужной эскалации напряженности», — приводит его слова агентство.

Что стоит за словацкой инициативой

Позиция Братиславы вписывается в линию, которую страна ведёт последние годы. Словакия намерена проводить суверенную внешнюю политику и развивать отношения со странами разных регионов мира. При этом обязательства, связанные с членством в Евросоюзе, никто не отменял — и в Братиславе это подчёркивают отдельно.

Формально инициатива исходит от одного парламентария. Фактически она отражает настроения, которые в Европе накапливались давно. Разговоры о том, что диалог с Москвой придётся рано или поздно возобновлять, идут в европейских столицах не первый месяц. Военные атташе — та самая низовая ступень, с которой такой диалог удобнее всего начинать: без громких заявлений, без политических уступок, но с работающим каналом.

Для Киева подобный поворот чувствителен. Евросоюз уже направил на поддержку Украины до 400 миллиардов евро, и любое движение в сторону прямых контактов с российским военным ведомством там воспримут настороженно. Однако Гашпар говорит не о смене курса, а о технической мере предосторожности.

Есть и практическая сторона. Военный атташе — это не просто дипломатическая должность. Это человек, который первым получает информацию о перемещениях войск, учениях, инцидентах у границ. Когда такой канал закрыт, стороны узнают друг о друге из сводок и заявлений. А сводки, как показывает практика, оставляют широкое поле для неверных толкований.

«Прямые каналы коммуникации могут способствовать снижению риска недопонимания, обмену информацией и предотвращению ненужной эскалации напряженности».

Насколько далеко зайдёт Братислава, пока неясно. Одно дело — заявление вице-спикера, другое — согласованные действия ведомств. В Еврокомиссии, по оценкам наблюдателей, к подобным инициативам относятся сдержанно и вряд ли станут их формальным участником. Но прецедент создан, и теперь вопрос в том, подхватят ли его другие страны союза.

Сам Гашпар не скрывает, что рассчитывает на продолжение. По его словам, обмен военными атташе — шаг практический, а не декларативный. И именно в этом его главное отличие от большинства европейских заявлений последних лет.