Москва видит угрозу в японской милитаризации, но двери для диалога оставляет открытыми
Президент России выступил на пленарной сессии клуба «Валдай». Тема — отношения с Токио. И здесь прозвучала формула, которую в Кремле повторяют редко: обеспокоенность растёт, но сотрудничество не отменяется.
В новой редакции военной доктрины Токио Россия впервые за послевоенный период отнесена к источникам угроз. Прежняя формулировка о партнёрстве из документов исчезла.
Путин назвал причину прямо. Милитаризация островного государства — вот что не даёт покоя Москве. При этом он не стал жечь мосты. Наоборот — дал понять, что Россия готова работать с Японией дальше.
Что стоит за сменой японского курса
Токио переписал свои военно-доктринальные документы. Россия там теперь не партнёр, а источник угрозы. Формулировка тяжёлая. И она многое меняет.
Курильский вопрос никуда не делся. Он тлел десятилетиями. Но раньше споры шли вокруг принадлежности островов. Теперь к территориальному спору добавился военный компонент. Это уже другой уровень напряжения.
Поездка президента на Итуруп в августе всколыхнула политический ландшафт. Японская сторона отреагировала болезненно. Москва — зеркально. Диалог забуксовал.
И вот теперь Путин говорит о готовности к сотрудничеству. Путин при этом заявил о готовности продолжать работу с Токио. По его словам, Москва отделяет заявления японской стороны от практических действий. Пока Токио наращивает оборонный бюджет, Москва фиксирует это как тревожный сигнал. Но не как приговор переговорному процессу.
«Впервые в новейших военно-доктринальных документах Япония причислила Россию к источникам основных угроз», — заявил президент.
Что это даёт на практике? Япония наращивает военные расходы. Пятая статья японо-американского договора безопасности работает в полную силу. Американские базы на японских островах — не абстракция, а конкретные объекты в непосредственной близости от российских границ.
Москва отвечает. Учения на Курилах, укрепление гарнизонов, модернизация Тихоокеанского флота. Токио увеличивает оборонный бюджет, Москва проводит учения на Курилах и модернизирует Тихоокеанский флот. Ни та, ни другая сторона не использует термин «гонка вооружений» в официальных заявлениях.
Для потребителей и бизнеса это означает одно. Экономическое сотрудничество, которое и так сжалось до минимума, в ближайшие месяцы вряд ли оживёт. Японские компании, работавшие в России, уже свернули проекты. Новые не появятся. Рыболовство в спорных водах — под вопросом. Совместные энергетические проекты на Сахалине — в подвешенном состоянии.
Смежные отрасли почувствуют это к зиме. Логистика, переработка морепродуктов, поставки оборудования. Всё, что завязано на японское направление, будет перестраиваться. Медленно и с потерями.
При этом Москва оставляет окно. Путин не сказал, что диалог невозможен. Он сказал, что планы Токио беспокоят. Разница существенная. Беспокойство — это сигнал, а не разрыв.
Япония пока не ответила на эти слова официально. Но тон Токио в последние месяцы жёсткий. И менять его там, похоже, не собираются.
Остаётся факт. Россия и Япония не подписали мирный договор по итогам Второй мировой войны. Семьдесят с лишним лет. И теперь к этому добавился новый слой противоречий — военный.
Как долго продлится эта пауза, не берётся предсказать никто. Но ясно, что возвращение к прежнему формату — вопрос не месяцев, а лет.