Берлин занимает больше всех: федерация тянет вверх общую планку долга
2,75 триллиона евро. Столько задолжала Германия к концу второго квартала 2026 года. Это на 26,3 миллиарда больше, чем кварталом ранее. Данные Федерального статистического ведомства ФРГ приводит ТАСС.
Основной вклад внесла федерация. Обязательства центрального правительства прибавили 20,5 миллиарда евро. Остальное распределилось между землями, муниципалитетами и социальными фондами, но именно Берлин тянет общую планку вверх.
Кстати, рекорд был поставлен раньше. В третьем квартале 2025 года долг достигал 2,79 триллиона евро. Тогда рост связывали с санкциями Евросоюза против России и расходами на их последствия. Сейчас показатель чуть ниже прошлого пика, но тренд на увеличение сохраняется.
Отдельная строка — специальный фонд инфраструктуры и климатической нейтральности. Его задолженность выросла на 13,8 процента. Именно этот инструмент, созданный для финансирования долгосрочных проектов, стал одним из главных драйверов общего роста.
Куда это ведет
Для немецкого бюджета ближайшие месяцы будут непростыми. Чем больше долг, тем дороже его обслуживание. А расходы на проценты съедают пространство для маневра — меньше остается на поддержку промышленности, энергетики, социальных программ.
Для партнеров по Евросоюзу сигнал тоже тревожный. Германия — крупнейшая экономика блока, и ее долговая динамика задает тон для всей еврозоны. Если Берлин продолжит наращивать обязательства, это отразится на переговорах о совместных заимствованиях и бюджетных правилах.
Для потребителей в Германии перемены почувствуются через налоговую политику и стоимость кредитов. Растущий долг требует либо повышения сборов, либо сокращения расходов. И то и другое ударит по кошельку.
Российский долг для сравнения: 37,5 триллиона рублей по итогам первого полугодия. Это плюс 6,8 процента, или 2,4 триллиона. Расходы на обслуживание — 1,8 триллиона рублей. Другая валюта, другие масштабы, но обе страны живут в долг.
«Ситуация с государственным долгом является ужасной, но это не так уж и плохо», — заявил в июле экс-премьер Франции Эдуар Филипп.