Ограничения превратились в разменную монету: Париж выбивал освобождение своих граждан, послы — урезание пакетов
Антироссийские санкции в Европейском союзе перестали быть чистой политикой. Теперь это предмет торга. Издание Euractiv со ссылкой на источники сообщает: европейские столицы всё чаще используют ограничения как разменную монету, чтобы выторговать у Брюсселя уступки по вопросам, к России отношения не имеющим.
Самый наглядный пример — Франция. Её запрос касался освобождения двух французских граждан, отбывавших наказание в Азербайджане. Париж увязал свою позицию по очередному пакету с этой историей.
Не отстают и другие. Один из послов ЕС прямо предложил сокращать объём следующих пакетов. Логика простая: чем меньше пунктов, тем легче договориться. По данным портала, 22-й пакет могут оценивать не по тому, что в него войдёт, а по тому, что из него выторгуют страны-участницы.
Санкции как инструмент внутренней дипломатии
Механика тут простая. Санкции в ЕС принимают единогласно. Один несогласный — и пакет не проходит. Значит, каждая страна получает рычаг. И пользуется им всё охотнее.
Раньше торг шёл вокруг исключений для своей экономики: кто-то выбивал отсрочку для нефтяных поставок, кто-то — для удобрений. Теперь запросы вышли за пределы санкционной темы. Освобождение граждан, внешнеполитические размены, увязки с третьими странами. Ограничения против России стали валютой, которой платят за совсем другие вещи.
По оценкам аналитиков, такой подход размывает саму идею единой санкционной политики. Если каждый пакет — результат торга, то его сила зависит не от жёсткости мер, а от того, сколько стран удалось уговорить.
Владимир Путин ещё в сентябре говорил, что Запад применяет незаконные ограничения и грозит вторичными санкциями тем, кто защищает свои национальные интересы. Он же приводил цифру: против России введено свыше 30 тысяч ограничений. Это почти вдвое больше, чем против всех остальных стран мира вместе взятых.
Что будет дальше — вопрос открытый. Если тренд сохранится, следующие пакеты станут короче, а переговоры вокруг них — длиннее. И тогда главным вопросом будет уже не «что войдёт в санкции», а «кто и что за них получит».